Иксион начинает тихо К безумию и слабости зачем Меня зовешь, крылатый? Немало благ мне жребий даровал, Но ты ведь знаешь все, мне ж память, Гермий, И так тяжка. Я дерзко погубил Все, что вы мне, небесные, вручили, Сам погубил. Иль ветру я, или волне морской Завидовать, избранник неба, должен? Гермес помолчав Нет, Иксион, ни ветру, ни волнам Завидовать не должен ты. Богом Не быть царю Фессалии, избей Хоть всю родню коварством он. Там, в эфире, На небесах она, и ею нас Из золотых богиня поит кубков. Зачем же к очагу Меня ведешь ты Зевсову, коль богом Не стану я среди его гостей? Гермес Я не могу сказать тебе, зачем Тебя веду к Крониду, фессалиец.
Но гордеца такого и дракон Не зародит, насытив землю ядом, Чтоб от порога Зевсова бежал. Идешь ли ты, однако, иль вернусь Один, а ты здесь подождешь перуна? Но только не с мольбой К отцу богов и без надежды тайной Понравиться державному, чтоб лесть Ему продать дороже. С богом черным Охотней бы сошелся я в лесу, Где б говорить могли мы, алых уст И жемчуга зубов твоих не видя. Да и сам Хорошее ль, слуга, ты дело сладил Для строгого хозяина, смотри. Если краев золотых Бога уста коснутся В сердце мечты проснутся, Полны огней святых.
Если к чаше прильнут Губы рожденных в прахе, Муки, сомненья, страхи В сердце людском уснут. Сын Кронида блаженный, Тантал ту чашу пил, Тяжко потом надменный Сладость ее искупил. Лирическая сцена Хор Сквозь туман, как видение сна, Отливая живыми цветами, Будто радуга, сестры, над нами. Когда тени сгустятся черней, А луна не осветит эфира, Подарите улыбкой сатира, Но не надо венчальных огней. Стали ночи черней и длинней, Стало в радуге меньше огней С той поры, как люблю я Зефира.
Хор Ты не найдешь Зефира между нами, Спроси о нем вечернюю звезду. Ирида Я не за ним, за Герой я иду, Она гостит в своем Самосском храме. Корифей О, как тяжел, богиня, твой удел, Как вечная томительна забота. Ирида Когда своих нам не уладить дел, Чужие нам улаживать охота. Кронид слегка задет стрелой Эрота, И сцен бы он семейных не хотел. Тебе дивиться надо Иль негой слов, или обманом сна Богов мирить умеешь ты одна.
Ирида Про гордого царя ты говоришь, Что кровью был покрыт и всеми проклят? Державный царь, и тот со ступеней Своих спустился, чтобы видеть гостя. К очагу Кронидову пошел он за Гермесом, Не кланяясь и не разжавши губ. Молчание сковало нас, мы ждали, Что станет он молить и плакать, нем И прям стоял пред ними олимпиец. От дочери Эриды мы гурьбой Отхлынули пугливо вид ее Хранил глубин подземных отраженье. Готические знакомства, И без улыбки к розовым губам Ему печальный кубок придвигает. Минутное сомненье по лицу Его скользнуло, вижу, но рукой Решительной он отклоняет чашу. Ризы серой Расходится унылое пятно, И кубок, и змея, и все исчезло. И неспешно, Победою заранее гордясь, Свой подает красавцу кубок Геба.
И светлый хор младых твоих подруг Блаженное воспел рожденье бога, готические знакомства. С утра ко мне сегодня он пристал, Чтобы ему свила из роз пурпурных Пышнее я венок. Я нарвала У Геры роз, в саду ее душистей Не знаю я и ярче, и Эрот В восторге был, конечно. Иксион И шум, и блеск чертога, точно сон Горячечный, мне утомили сердце. Так вот он, тот Олимп, который наш Ласкал одним названьем в старых сказках Ребячий слух. Там с белою волной Лазурная в эфире не сольется, Мне няня говорила. И в золотых и в темно-синих там Глазах огни я видел, и желанья В них зажигал я даже, может быть.
Иксион Как чувствуешь себя ты, Иксион, Скажи, в твоих нетленных ризах? Впрочем, Коль угодить сумеешь господам, Ты прихотью Державного себе Добудешь вновь, пожалуй, царство. Иди ж Фессалии показывать свой пурпур, Как паразит счастливый. Готические знакомства, Сколько раз Я тосковал еще ребенком путы Сорвать мое горело сердце. Когда мне кубок свой там, во дворце, Печальная протягивала дева, Я оттолкнул ее. Нет, я жалел мечты, я аромат В тот миг вдыхал дерзаний безнадежных.
был ярче гневно брови Косматые под царственным челом Задвигались у бога, готические знакомства. На белое чело они упали Так тяжело, те волны, но чела Над синими и влажными глазами Коснуться не посмели. Под солнцем величавей, Под солнцем нет прекрасней, и луна Такой косы еще не целовала. Готические знакомства, Во время последней части монолога нимфы одна за другой собираются вокруг Иксиона. Корифей Тебе назвать ее не смею, царь, Но воздух полн ее очарованьем.
Приветней ели шум, И самые лучи как будто ярче На небесах горят. Твоею славой полны И Аргос, и Самос, И ароматны волны Твоих тяжелых кос.
